Блог писаря

Что делать, когда тебя бросили

    А что ты тут сделаешь? Тебе нужно жить дальше. Обязательно жить. Изо всех сил. Я объясню тебе - почему.
    Я знаю, как это больно и обидно, когда тебя бросили. Когда очень страшно и невыносимо осознавать себя выкушенными, выгрызенным из времени и пространства. Когда никто не понимает, что тебе полный пиздец и… и другого слова здесь не подберешь. Все, во что ты верил превращается в бумажный ком, мокрый и мерзкий. А люди вокруг становятся тупыми ходячими кусками мяса: у них изо рта слышатся какие-то звуки, но эти звуки бессмысленны. Все враги, а ты ранен. И никакая сука не подойдет к твоей душе, лежащей на тротуаре, и не излечит тебя. И все кончено.
    Это очень тяжелое состояние. Я знаю. Но у меня для тебя есть несколько хороших новостей. Они - не дезодорант твоим переживаниям и не протез для твоей потерянной любви. Это другое. Это поможет тебе, если ты чуть-чуть, на секунду перестанешь меня воспринимать как тот самый кусок мяса, у которого вываливаются звуки изо рта. Я не буду давать тебе звуки. Я дам тебе смысл.
    Итак, хватит дешевых предисловий и слов утешений. Есть задача - снять боль потери. Есть инструмент - постижение смысла того болезненного состояния, в котором ты оказался. И, наконец, есть хорошие новости, которые способны донести до тебя этот смысл. Приступим?
    Новость первая. Эту войну можно выиграть. Ведь это война, верно? Ведь ты реально чувствуешь, как снаряды разрывают твое сознание и ранят твое сердце. Чувствуешь, как разлетаются ошмётками мечты и ты беспомощно отступаешь с остатками армий. Твои полки деморализованы, твои генералы бегут с поля боя, и ты физически ощущаешь, как до сего момента верные тебе солдаты дезертируют или переходят на сторону противника. Тебе плохо и ты сдаешь одну позицию за другой и уже готов сам сдаться, пойти на предательство и сложив оружие выбросить белый флаг.
    Эту войну можно выиграть. Это же просто война. И она предполагает, что есть тайное оружие, есть шпионы и резервы, есть хитрость и изворотливость, есть множество других инструментов, способных положить на лопатки упирающегося врага. Сила иногда не сильнее, а превосходство иногда не превосходство вовсе. Ну, ты должен помнить по истории… И я сейчас дам тебе тайное оружие, с помощью которого ты выиграешь битву.
    Новость вторая. У тебя есть тайное оружие. Сейчас ты удивишься, когда узнаешь, что твое тайное оружие у тебя уже есть. Это фантастическая вещь называется… Стоп. Боюсь, что сейчас не совсем воспримешь то, что я тебе скажу. Потому что это очень странно и похоже на обман, потому что я говорю… о любви.
    Дело в том, что любовь это чувство, которое изначально не предполагает страдания. Любовь - это позитивное чувство, наполняющее нас радостью, делающее нас счастливыми. Тогда откуда же столько боли? Так оттуда, где нет любви. Вот в чем дело  - то, с чем нам приходится бороться, когда мы "страдаем от любви" - не любовь. Это зависть, собственничество, это эгоизм, самолюбие. Но это не любовь.
    От любви нельзя страдать. От нее нельзя мучиться, от нее нельзя покалечиться. Можно покалечиться о другое: зависть, злобу, алчность, жадность, похоть, тщеславие. Именно они заставляют страдать человека, которого бросили или предали. Именно это - враги. И против них нужно выставить тайное оружие - любовь.
    Но как же это сделать, если душа полна обиды непонимания и даже ненависти? Все очень просто. Победить их глаголом. Как? Об этом третья хорошая новость.
    Новость третья. Все, что придумано Богом - просто, а значит - доступно для понимания каждого. В том числе и любовь. Любовь простое чувство. Ты можешь прямо сейчас почувствовать… вернее - заставить себя почувствовать раздражение? Да на что угодно! Вот хотя бы на то, что на тебя надето. Да вот хотя бы на трусы. Ведь можно же разозлиться на них. Ведь мы так часто это испытываем - раздражение на то, что хлеба забыли купить, что начальство у нас дебильное, что друг недопонимает твоего мнения. На что угодно!
    То же самое и с любовью. Мы можем ее испытывать, потому что любить - это глагол, а значит - действие. Ты можешь делать это или не делать этого. Поэтому люби, пожалуйста на здоровье.
    А как же быть с человеком, которого любишь? Ведь он ушел, предал, сделал больно.
    А что ты с ним хочешь сделать вообще? Любовь принадлежит тебе, а не ему. Есть очень хорошее выражение про то, что мы думаем, что если нас любят - мы достойны восхищения. А на самом деле достойны восхищения те люди, кто способен испытывать любовь.
    Что же делать с тем человеком, который предал и бросил?
    Нас так много, что трудно выбрать правильный совет - что делать. Я скажу так: нас так много, что это дает повод думать, что никто не знает - как правильно поступать. Делайте, что хотите.
    Но, если вы любовью, своим тайным оружием, убъете в себе зависть, собственничество, прочую гниль человеческой души, то тогда найдете ответ на этот вопрос. И расскажете мне.
    Потому что я тоже страдаю, когда меня бросают. И испытываю боль, и в ужасе плачу ночами.

    Когда играешь роль горделивого и самодостаточного самца никто не отзовется. Потому что не верят люди тому, что в этом теле есть душа и в душе, как в женской утробе, есть живой человек, скрюченный, но чувствующий.
    Эй, здесь есть кто-нибудь?... Слышите? Тишина. Никого нет. Комната пуста.
    Из десятка-другого миллиарда альтернативных вариантов развития событий, какой-то шустрый живчик находит ему положенное и возникает маленькое чудо - новая жизнь, которая развивается, подвергаясь десятку-другому миллиарду опасностей. Потом эта новая жизнь рождается, обретает язык, осознанные желания, волю. И реагируя на миллион различных факторов формирует характер, который преобразует сознание. И вот это вот все: смесь из причинно-следственной логики, мистического сочетания обстоятельств и воли Создателя обретает Любовь, которая является лживой в 99,9 десятых процента из ста. Это значит, что почти на 100% наша Любовь это наносное, напрасное чувство, которое основано на интересе, а не на истинном чувстве.
    Для истинного чувства необходимо: время, место, определенное состояние, сочетание обязательных качеств объекта (которых тысячи). И все это в одной точке Вселенной, на одном континенте, в одной языковой среде. Чтобы - БАБАХ! И все случилось.
    И когда это происходит для одного человека, то же самое должно сойтись и у второго: он должен быть тоже в определенном состоянии, с определенными запросами, которым должен отвечать его объект. Вот тогда может возникнуть Взаимная Любовь - социально-химическое чувство двух бесконечно счастливых людей, которым ПОВЕЗЛО обрести друг друга. Все остальное - фикция, компромисс: он или она всегда не дотягивает до бесконечной любви.
    И это правильно. Потому что всего, что я сейчас сказал, не существует. Нам не нужна эта бесконечная Любовь, потому что это только статистическая категория, а мы - живые существа, которым требуется кто-то, которым нужен кто-то.
    Эй, здесь есть кто-нибудь?
    Наша душа, и тот человечек в ней, открывает себя в поиске. Мы сливаемся с настоящим. Ищем будущего. Помним прошлое. И из нее, из души, не тяготясь внешними факторами, возникает НАСТОЯЩАЯ любовь. Она не подвержена статистике, она идет изнутри, поэтому все эти миллионные возможности и тысячные доли процентов ей не нужны. И она зарождается в человеке сама. И человек дарит кому-то свою любовь. Просто так. Без обязательств и необходимости поддерживать это.
    И если тот, другой человек, примет чувство, может возникнуть то самое бытовое и обыденное счастье, ради которого совершаются подвиги горделивыми и самодостаточными самцами. Такими, как я.
    Здесь есть кто-нибудь?

    10 лет назад в нижегородском баре "Бочка" (кажется он так назывался - находился на Большой Покровской в подвале) Евгений Гурин подарил мне самодельный диск, на самодельной же обложке которого написал: "Веселому человеку с горящим взглядом...". Я долго хранил этот диск, пока не избавился от всех носителей, оставив только электронные. Диск я передарил (путешествовать по жизни всегда лучше налегке, но я вечно обрастаю какими-то вещами). А песня осталась. Ну, как говорится, до свидания трезвый день...

    А чего ты насупилась-то? Ты что думала, вот все будет так, как Голливуд показывает, да? Так он тебе и мешает - Голливуд. В голове твоей поселился, уже и рояль притащил и в ванной полощется. Вещички разложил все. Сюда, сюда и сюда.
    Что ты плачешь-то? Ну, мудак он, ну, не получилось у вас. Мало ли у кого не получается? У меня, думаешь, получается?
    ... Нда... Слабое утешение, да?
    Сделай зарядку. Раз, два. Ноги на ширине плеч. Руки тоже. Раз, два. Делаем душевную зарядку. Дела-ем... раз, два... Заряд-ку... три, четыре... По-шел... раз, два... в жо-пу... три, четыре...
   
    В принципе этим каждое утро диджеи на радио занимаются. Кряхтят, поднимают нам настроение. Голливуд один, етить...

    Единственное, что мешает в жизни - Голливуд.
    У них большие бюджеты и я не могу бороться с такой массированной pr-компанией. У них лучшие спецэфекты, а я не могу делать из мухи слона. У них масса помощников, в виде рекламистов всех мастей, а этой швали элементарно и тупо больше.
    В итоге - у них ящик стереотипов, а у меня повышенный холестерин и стабильность клеточных мембран в широком интервале температур. Ну, еще дуля в кармане.
    Мне мешает Голливуд в широком смысле. Он меня подстерегает в магазине, в кафе, в туалете, в разговоре, в туфлях, в напомаженном лице коллеги. И мешает.
    Вот, скажем, залез я на гору. Ну, не альпинист, а любитель-экстремал. И возникает у меня такой образ: мужик в шляпе, небритое лицо, сигарета во рту, и виски из фляжечки, бульк. На фоне заката, конечно же.

    И сюжеты какие они используют... Залазят под кожу, в чемоданчике с душой твоей роются. Что-нибудь типа: гордая, прекрасная, как сама жизнь, женщина борется с несправедливостью. Он, какой-нибудь подлец и мерзавец, и другой Он - прекрасный принц, который петрит в игре на бирже или владеет невъеб... прости... большим инвестиционным фондом. И вот, они встречаются в драматическом экстазе. А потом всем воздается по заслугам.
    И глазами так уууу....

    Ой, не могу фильмы их поганые смотреть! Мне все время плакать хочется. Нервы не к черту! Жалостливое что-нибудь покажут и я плачу, плачу, как вот ты сейчас.

    Ладно. Да не куксись ты! Не расстраивайся. Пойдем лучше чайку попьем. Чего?! Нет, водки нельзя. Хуже будет. Лучше чай зеленый. Пойдем. И фильмец какой-нибудь посмотрим.

    Я уже говорил, что имя Александра Клюквина на обложке аудиокниги - знак качества прочитанного. Вот небольшой фрагмент второй части книги "Суер-Выер" (автор Юрий Коваль), которую читает Александр Клюквин. Рецензия на книгу "Суер-Выер".

Проект One (оне), пилотная серия

Сценарий:
Анна Чинёнкова
Павел Родионов

Заставка
    Главное условие - я не собираюсь учить, развлекать или осуждать тебя. Главное, из того, что тебе стоит знать - я ни черта не понимаю в твоей жизни. Я не знаю, что происходит...

    ...Кстати, никто не знает, как правильно. Даже если кто-то скажет, что он знает, скорее всего его "правильно" будет тем, что ему объяснили в детстве, забили в отрочестве, закрепили в зрелом возрасте и чем-то погладили в старости. А если что - наука через тыл. То есть - будут пороть.
    Я тебе говорил, что я - женщина? Чего ты улыбаешься? Я - тётка. Под кожей у меня много чего понапихано, но я вполне себе тётка с дырочкой спереди, вместо привычного бананчика. Меня таким рисуют в учебниках школьной анатомии. Я учебникам верю. Особенно толстым и с картинками.
    Ладно, не тушуйся. Про учебник я пошутил. Но по-сути, нет. Ведь нас рожают два родителя: мама и папа. Значит женское во мне есть. Оно такое тягучее, ленное, лживое... И вполне человеческое. Поэтому ты не пугайся, если я заговорю женским голосом.
    Да... Про дырку не объяснил. Одна драгоценнейшая особа изложила мне концепцию дырки. Дырка остается, когда из нее вываливается камень с души. И это мощный энергетический выброс, от которого человек летает с присвистом, как проткнутый воздушный шарик. Я летаю с присвистом, ощущая прекрасную, расчудесную дырку, которая образовалась во мне. Мне хорошо и легко, я свободна. Свободен? Свободна?
    В общем меня отпустило то, что держало так долго на плаву в море человеческих предрассудков, опыта, сборника неудобных штанов и рубашек, которое человечество почему-то называет культурой. Я ничего не жду, ничего не боюсь и ни на что не надеюсь. Я теперь my own, и хрен ты меня снова поймаешь, волчара! Я больше не попадусь, - я ученый. И что приятно, люди всегда становятся красивыми и шальными от таких вещей.
    Ну, и меня несет, естественно. Относит туда, куда не ходят поезда... Знаешь, что такое край земли? Это такое место, где поезда ходят только в одну сторону. Любой поезд от Владивостокского вокзала идет только в одну сторону, потому что с другой стороны - край Земли, и нет никаких рельсов. Зато там сакура есть. Не знаешь? Сейчас расскажу.
    Сакура - то ли вишня, то ли слива, короче, здоровенное корявое дерево, у которого цветы появляются раньше листьев. Это красиво: черные изогнутые как на японских картинках ветки усыпаны бело-розовыми махровыми цветочками с тонким ароматом. Когда появляются листья, сакура отцветает.
    И вот я намечаю с девочками поход в какое-нибудь место с целью любования сакурой и написания японских стихов - "сцепленных строф" - на данную тему. В пять часов вечера разразился ливень с ветром, так что когда мы пришли в назначенное место, сакуры представляли собой жалкое зрелище: побитые, наполовину облетевшие цветы, из розовых ставшие грязно-оранжевыми. Однако квест должен был быть выполнен. Я и девочки изобразили из себя трех Шалтаев-Болтаев. Мы уселись на каменной стене, оборотив свои бэксайды на детскую площадку, а милые личики на ветки дерева и транспортную развязку. Так что пение птиц нам заменял звук автострады. Мы болтали ногами, мерзли на ветру, нуждались в хорошем глотке горячего сакэ и, обсыпаемые мокрыми лепестками, играли в еппонское буримэ: три строки - две строки - три строки - две строки... и так до бесконечности. Особенность в том, что каждая часть стихотворения - это одновременно конец предыдущей танка и начало следующей. Из всего мусора, что мы понаписали, можно выделить только одну симпатичную танка, где цветы сакуры на зеленом платье города сравниваются с цветами на новом летнем кимоно.
    Потом мы снялись со стены, отогрелись в машине и отвезлись ужинать. К ужину прилагалась бутылочка мерло и диск хентая. Продолжаем тему Японии!
    Хентай - это мультяшная в стиле анимэ японская порнушка. Никогда раньше не видел, поэтому было занимательно. Мы играли в интересную игру: угадай гендерную принадлежность персонажа, пока она не стала очевидной.  Кто-то процитировал мне хентайский прикол: "Я учу японский язык по мультфильмам. Я знаю, как будет по-японски "здравствуйте", "до свидания", "извините", "пожалуйста" и "выньте свое щупальце из моей задницы" Мне очень понравились сюжеты фильмов: в отличие от обычной порнухи, в мультах трахаются не просто так, а с особенным смыслом.  

    Дырка- это одиночество. Один хороший человек, он коллекционирует хентай. Эти пищащие как резиновые утята для ванной тетки с коленками вовнутрь стали для него более реальны, чем настоящие тетки с коленками в любую из возможных сторон. Он обладает развитым пониманием, его взгляд - Xray за пушистыми ресницами, объем его мозга увеличен по сравнению с обычным человеческим, он добр, отважен, честен и безжалостен, он нескладен, часто пьян и всегда прекрасен. Он друг мне, в нем дырка и поток воздуха оттуда лупит со скоростью сто мегабит в секунду! А из дырки выглядывают ебливые японские мультяшки с торчащими сиськами и грустными глазками… Он их по именам знает. И любит как родных.

    Вот, что это такое? Дырка человеческого сознания или что?
    Но вот, что я тебе скажу. Нет в мире совершенства. Из дырки дует. Сильно. И от этого кошмара хочется спрятаться за кулису обыденных дел. За постирку и поглажку, за работу.
    Перенесемся туда, где не дует? Перенесемся? Давай я тебе покажу изнанку дырки от Японских островов? Давай покажу то, что может быть БЕЗ этой дырки?
    Итак... Вживаемся в образ...
    Я работаю в небольшом информационном агентстве. Здесь меня не любят. Иногда мне кажется, что даже ненавидят. И не из-за того, что я маленький начальник, просто люди, как кажется, вообще не очень хорошо ко мне относятся. Иногда думается, что я раздражаю их даже простым своим присутствием - куда там до особенностей мировоззрения.
    Я прихожу на работу к 12-и дня. Уходить должен где-то около 20-00. Чаще всего уходить удается раньше. Работу, которую я выполняю, делаю я быстрее, чем на нее отведено времени. Это происходит, если ее не очень растягивать или не знакомиться по интернету, чем я часто занимаюсь. Когда я сделаю все положенное на этот день, то я сижу и делаю вид, что работаю. Пытаюсь учиться, но здесь не место для процесса обучения. Обычно просто отвлекают молодые девушки, которые почему-то считают, что о работе следует разговаривать в полголоса, а о своей личной жизни - в полный голос. Они переговариваются между собой, озабоченно рассказывая о планах на вечер и выходные. Им доставляет удовольствие поделиться с окружающим миром сообщением о том, что они собираются сегодня обедать. Я их тоже не люблю, как и они меня. Думаю, что занимаю некоторое количество их времени, когда они обсуждают работу. Видимо, слово "мудак" имеет свою популярность.
    И вот я сижу утром, делаю обзор: наполовину сплю, на половину copy-past. В последнее время еще на меня свалился проект иноязычной версии нашего убогого сайта. Моя работа заключается в создании 9-ти статей и 15-ти новостей. Это значит, что я как пылесос собираю информацию, которая связана с деловой тематикой, переписываю, потом передаю их переводчикам. Те делают переводы с русского на английский и это дело публикуется у нас на сайте. Такая вот работа. Ничего сложного, нужно сказать. Кажется, что объем большое, но я уже привык, так как десять лет в журналистской и околожурналистской текстовой среде дают о себе знать.
    Вообще-то новости должна была делать молоденькая и на голову ушибленная девушка, которая имеет статус выпускающего редактора. Но она с гонором и поэтому понять, какие она новости делала, было невозможно. Понятие это мне нужно было для того, чтобы не пересекаться и не дублировать ее своими статьями. Я пару раз спросил, какие новости она подготовила. Она сказала, что не будет передо мной отчитываться по поводу своей работы. Я пораздражался-пораздражался, да махнул рукой. Пришлось новости у нее попросту отобрать при помощи нескольких служебных записок главному редактору.
    Теперь я все делаю гораздо быстреее, чем мне представлялось в самом начале моей трудовой деятельности в этом агентстве. Сначала я здесь просто писал статьи. Я брал информационные поводы из информационных же агентств и полностью перерабатывая, выдавал что-то свое. Получалось не очень похоже на то, что выходило на других СМИ, но работа так себе. Явно не эксклюзив. Другие люди, что работают здесь, делают работу несколько иначе. Они не трудятся даже переписывать то, что берется из других источников. Мне было противно смотреть на молодую, некрасивую, толстую, низкорослую, перегидролевую блондинку с дефектом речи, которая выдавала чужую статю за свою, картинно беспокоясь, что за ней сейчас приедут из Администрации Президента и заберут насовсем. Самое интересное, что я ничуть не лукавлю и не преувеличиваю. Она действительно такая.
    Я сижу за своей перегородкой и меня часто никто не трогает, по причине известной поговорки про некоторую субстанцию, которая не тонет. И ничуть об этом не жалею, что мне вот так приходится сидеть и ни с кем не разговаривать. Сначала я общался с нашим главным редактором. Да только он, оказывается, вполне себе хорошо относится к тому, что у нас один плагиат на сайте. Тем более, что эта "малина" с перегидлолевыми вполне себе нравится. Я перестал вводить себя и его в заблуждение о своем отношении ко всему, что здесь происходит и ограничил свое общение с ним. В конце-концов не первый и далеко не последний человек в его жизни, которому хотелось бы сказать о недопустимости воровства. Да и глухое это дело, менять уже сложившегося человека...

    Ну как? Вот тебе жизнь без дырки. Там не дует. Там все ровно и спокойно, как у вдохновителя за пазухой. Пазуха... Какое смешное слово. Что это? Тоже ведь дырка между одеждой и телом, верно? Ты не знаешь, почему люди носят эту неудобную одежду? В свой продвинутый век мы до сих пор носим что-то странное на себе.

Аудиоверсия записки


    Я не признаю опыта. Бегу в одиночку, останавливаюсь, оглядываюсь и даю концерт для идущих строем: начинаю публично, неприкрыто любить. Без оглядки, без гордости и без какой-либо надежды. Меня хлещут по лицу, по губам, по моей измененной душе. Которую я хранил и не резал, даже если было очень надо. Но использовал, использовал, использовал. Отращивал новый мозг, если старый сыпался и если вокруг него врдуг обнаруживался ворох "лишних" деталей.
    Да, я шутом был много раз!!! Искал среди темных подворотен, серых домов человека. Хотя бы одного, хотя бы мёртвого, утонувшего в холодной воде московских луж. Я бы его отчистил, отмыл и оживил бы. Но все мне попадались фантомы, призраки, бесконечные короткие гудки в телефонной трубке.
    И вот однажды, совсем потерявший голос и разум, я открываю дверь на звук дыхания за нею и передо мной возникает она. Морозная и светлая, обжигающая.
    Она не дает мне ничего сказать. Проходит и за нею шлейфом льются звуки города. Нашего дурацкого города из детства. Того, в котором наше самое горькое разочарование - мороженное с кусочками льда.
    Я хватаю ее за этот шлейф, тяну к себе и она разворачивается, сбрасывает всю тяжесть бессонных ночей, все беспокойство, все тягучее и тревожное одиночество. Она снимает эту вуаль с себя и с меня и мы остаемся такими, какими должны быть изначально: по замыслу ТОГО, которого я тысячи раз упрекал в отсутствии чувства юмора, в бездумном шатании и болтании меня по жизни, в чудовищной линии судьбы...
    И вот сейчас, когда я обнимаю это трепетное, теплое, обнаженное тело моей жены, я тихонько, украдкой благодарю ЕГО за то, что он искалечил меня. Ведь она бы не любила бы меня, если бы я был другим. Если бы я упрямо не изменялся и оставался бы в той форме, которая держалась бы и рушилась, но не изменялась. Ведь я - камень. И из меня вытачивается что-то. Я упираюсь, не желаю этого, стараюсь быть крепким, сильным и упрямым. Но она бы не любила меня, если бы я чуть-чуть не поддался бы и не изменился.
    И все же...
    Не бей меня больше, Господи. Не делай из меня свою скотину. Сделай мою спину уже, а значит мой крест тоньше...

"Хочу быть сильным" - рассказ Сергея Довлатова. Аудиозапись



Читает Павел Родионов


Кадр из фильма "Воспоминания неудачника"

Аудио-версия заметки




    Ну, положим, все слышали, что по еврейскому вопросу даже иногда жениться запрещают. В смысле - даже общаться. Дескать, если ты еврейский мальчик или девочка - все, привет, конец обеда. А что, я сам сталкивался с такими эпизодами. А еще сталкивался с тем, что наоборот. "Люблю евреев. Они умные", - говорит мне одна девица. А мне чего-то так противно стало. Ну, и с чего, спрашивается, ты это взяла? С того, что Штилькинд, например, фамилия вычурная на фоне всяких овых: Кузнецовых, Соколовых, Хреновых и Семёновых. И она запоминается лучше.
    Но, это ладно... Я о другом. Вот если взять, например, что он из бедной еврейской семьи и тут, и там ему проход, проезд закрыт. И он прет через эти препятствия, добивается своего и в итоге прекрасный отец хорошего семейства и дочка на выданье. И жених у нее с тремя языками и печатью в дипломе на иностранном языке. Почетно? Вполне.
    А если он из ПТУ и из какого-нибудь Кислодрищенска немосковской области районного центра? И папа у него - вахтер, а маму свою он не помнит толком. И лезет этот парень из своих клетчатых штанов и куртки запаха черного кожезаменителя исполнять свою заветную мечту, которую ему показали по телевизору в Доме-2 (любимой телепередачи его подружки), и которая ветвисто проросла в его почти наголо остриженной башке. Что тогда вы мне скажете, уважаемые? Быдло на дерево полезло?
    Ну, да. Шансов - ноль. Ему светит только что-то из реальной экономики - банки с килькой продавать или пивом торговать. Ну, в крайнем случае, наворовать на три дома в ближнем Подмосковье или хату в четырнадцать квартир в центре. И фильмец, может, какой-нибудь снимут в главной роли чтобы Машков или Галкин из "Дальнобойщиков". А еще лучше - Гоша Куценко. Но никаких тебе стихов, рубленной прозы, сверхпроводниковых открытий в физике, никакой скрипки или хотя бы чего-то от куртуазных маньеристов. Потому что кроме быдляческого оттуда, из ПТУ Кислодрищенска, ничем не светит. Нет героя. У нас оттуда обычно маньяки и олигархи.
    Потому что слово "гопота" у тебя на лбу написано!
    Это я так... Просто был свидетелем того, что девочка из Москвы поздравила мальчика не родившегося в этом славном городе с "днем народного единства". И поздравила его как провинциала. Я давно такого обращения не встречал. Поёжился. Вроде бы даже противнее, чем от еврейского вопроса... Или также.

    Когда был в армии и у нас была присяга, то было 3-е сентября. И почему-то в один момент откуда-то из машины, на которой приезжала моя мама, зазвучала тоскливая песня: "Третье сентября день прощанья. День, когда горят костры рябин..." и т.д. (кстати, вместо "рябин" мне слышалось "любви").
    Сегодня третье ноября. И утром, когда я проснулся, вдруг мне вспомнилась эта песня, про прощанье. Публикую песню и какую-то корявую заметку, про прощанье.




Хрень какая-то жалостливая:
    До свидания, мой друг. Я прощаюсь с тобой, едва встретившись. Ты исчезаешь в городских огнях, в паутине несбывшегося.
    Я машу рукой тебе и не стою слез, хотя между нами остается провисший, тянучий канат сожаления. Ты уезжаешь, а я остаюсь в этом мрачном городе, похожем на сонное чудовище женского пола.
    В моих руках остаются листья усопшего лета, в твоих глазах отражение трижды несуществующей надежды. Я буду возвращаться домой, шагая по замерзшей земле, а ты в чужой стране будешь смотреть на асфальт и вспоминать меня - такого грустного, такого решительного, такого нелепого...
    Наш мир зачерпнет в сапог воды и завязнет, навсегда оставшись в этой осени.
    До свиданья, мой друг, до свиданья. Мы уже не встретимся у этих берегов, потому что все останется здесь. И это все будет безмолвным: наши демоны, которые застыли за вуалью осеннего времени; наши грёзы, покрытые слоем суеты; наши корни, которые мы зачем-то оставили здесь. Все будет так.